Туризм и отдых

Реакционная сущность пропаганды «особой миссии» Англии в Индии

Если национал – реформисты распространяют ложную легенду о «золотом веке прошлого», то апологеты британ­ского империализма пропагандируют не менее ложную и вредную «идею», что будто бы британское управление выве­ло Индию из многовековой «анархии», «застоя» и обеспечило населению «мирный труд». В этом отношении очень харак­терны опубликованные в конце 1934 г. предложения комис­сии английского парламента о новой конституции, «даруе­мой» британским империализмом Индии. «Британское правление дало Индии то, чего она не имела в течение ряда столетий: правительство, обладающее неоспоримой властью над любой частью подчиненной ему территории; оно преградило путь иностранным завоевателям и сохра­нило спокойствие внутри страны, оно установило законы и путем учреждения справедливого управления и непод­купного суда обеспечивало каждому подданному его вели­чества в Британской Индии право на мирный повседнев­ный труд, право свободного применения для собственных нужд плодов своего труда». Историческая и современная действительность находится в резком противоречии с на­глой ложью, распространяемой британским империализ­мом. Британский империализм уродует, задерживает раз­витие производительных сил в Индии, приспособляя эко­номику страны к потребностям метрополии. Британский империализм, разбойно расхищая производительные силы страны, получает огромные сверхприбыли.  Индийский пролетариат и трудящееся крестьянство, ремесленники терпят двойной гнет: британского империализма и ту­земных эксплуататоров. Британское господство при­несло трудящимся массам неисчислимые бедствия, на­циональный гнет, одичание целых слоев населения, мучи­тельное вымирание от голода десятков миллионов человек.

Бернье указывает, что в годы Ауренгзеба массы насе­ления разорялись тяжелыми налогами. Однако британские завоеватели превзошли туземных откупщиков налогов, раджей, эмиров, Великого Могола в выколачивании нало­гов из трудящихся масс населения. Первый же год господ­ства Ост-индской компании в Бенгалии дал резкий скачок в росте земельных налогов: размер ежегодного земельного налога при туземном правительстве за предыдущие три года, кончая 1764/65 г., составлял в среднем 7 483 тыс. рупий, или 742 тыс. ф. ст., в первый же год английского господства размер налога возрос до 14 705 тыс. рупий, или 1 470 тыс. ф. ст., т. е. был увеличен почти вдвое. Непрерыв­ный рост дают налоги и по другим провинциям; например в Агре в первый же год английского господства земельный налог был повышен на 15%, на третий же год – на 25% по сравнению с общим размером налога туземного прави­тельства. Земельный налог в 1817 г. – последнем году го­сударства – составлял 80 рупий. В 1818 г. – первом году британского управления – земельный налог возрос до 115 рупий, а в 1823 г. уже составлял 150 лаках рупий, т. е. в течение 6 лет земельный налог возрос почти вдвое. За 11 лет (1879/80 – 1889/90) в Мадраском президентстве было продано с аукциона в уплату земельного налога 1 900 тыс. акров земли, принадлежавшей 850 тыс. крестьянских хозяйств. Это означает, что г/в всего сельскохозяйственного населения президентства бы­ла лишена земельной собственности. Однако у крестьян­ства отбирались не только земля, но и жилище, рабочий скот, нищенское имущество домашнего обихода, вклю­чая кровати, одежду, кухонные принадлежности. Кар­тина методов сбора налогов будет далеко еще не полна, если не указать, что всему этому разорению и издевке предшествовал в 1877/78 г. голод, унесший 3 млн. жиз­ней. Огромное повышение налогов, при широкой замене натуральных денежными, вызывало жесточайшее потря­сение экономических основ тогдашнего производства. Тюрь­мы, порка, жестокие пытки являлись «органическим звеном в английской финансовой политике» (Энгельс). «Калмыцкие орды Чингисхана и Тимура, налетавшие на города… были вероятно благодеянием для страны по сравнению с наше­ствием этих христианских, цивилизованных, рыцарствен­ных британских солдат, – с беспощадной иронией указывает Энгельс в статье «Восстание в Индии». – Первые, по край­ней мере, быстро проходили свой хаотический путь, но эти методические англичане повсюду… превращают грабеж в систему, регистрируют награбленное, продают его с аукци­она…». Характер налогов в современной Индии показывает, что они всей тяжестью ложатся на индийский пролетариат и трудящиеся массы. За период 1926 – 1929 гг. в приходной части центрального и провинциальных бюджетов Британ­ской Индии косвенные налоги (на соль, сахар, мануфакту­ру и другие предметы первой необходимости) составляли 64,4%, земельный налог – 24,5, подоходный же налог – лишь 11,47%. Расходная часть бюджета еще больше под­черкивает его антинародный характер: 51% всех расходов составляют расход на вооружение, полицию, тюрьмы, чи­новничество; расходы на сельское хозяйство составляют мизерную часть бюджета, а именно 1%, на здраво­охранение – 1%, на просвещение – 6%. Официально выпла­та долгов Индии занимает по бюджету 9%, однако совер­шенно очевидно, что весь бюджет Индии поставлен бри­танским империализмом на укрепление его колониального господства в Индии, на обеспечение сверхприбылей бри­танскому финансовому капиталу. Последующие годы экономического кризиса дают еще больший рост расходов на вооружение, на аппарат угнетения масс и расправы с революционным движением.