Туризм и отдых

По данным банковской комиссии, 56% всех крестьян в Соединенных провинциях имеют под обработкой участки мелких и мельчайших размеров. Эта часть крестьянства обречена на непрерывную голодовку, а хозяйство ее является чрезвычайно убогим и примитивным. Обнища­ние крестьянских масс растет; так например в одном из дистриктов Соединенных провинций хозяйств, имею­щих под обработкой «голодную норму» – до 2 ак­ров земли, было 60 лет назад 23%, а перед началом со­временного экономического кризиса (1928 г.) их стало уже 37%.

Апологеты британского империализма для «обоснова­ния» «благодетельного влияния» британского господства в Индии обычно указывают на крупные ирригационные сооружения, давшие миллионы акров годной под обработ­ку земли, на строительство железных дорог и других видов сообщения и связи. Ирригационные сооружения в Пенджабе, Синде, Соединенных провинциях и др. явля­ются прежде всего коммерческими предприятиями бри­танского империализма, пайщиками которых состоят ин­дийские эксплуататоры. Свыше 30 млн. рупий, инвестиро­ванные в ирригационные сооружения водном только Пенджабе, являются наиболее гарантированным видом вложе­ний в смысле получения огромных прибылей, так как вод­ные налоги не понижаются в период самых жесточайших кризисов и стихийных бедствий. Британский империа­лизм – британский финансовый капитал получает огромные суммы от продажи вновь орошенной земли. Так например за пять лет, кончая 1929 г., в одном только Беканэре (Пенджаб) было после ирригационных работ получено от продажи земли свыше 700 млн. рупий. Совершенно оче­видно, что крупнейшие суммы были получены и по другим провинциям Индии. Присвоение сумм от продажи земли составляет один из методов колониального ограбления Индии британским финансовым капиталом. Аграрный отрой, созданный британской властью в Индии, безусловно выгоден туземным эксплуататорам. Колониальный режим в Индии создал условия для чудовищного распространения ростовщичества и помещичьей кабалы. Трудящееся крестьянство, выталкиваемое из сельскохозяйственного про­изводства вследствие разорения высокими земельными, водными налогами, рентой, процентами по долгам, побо­рами, не поглощается индийской промышленностью, раз­витие которой всячески задерживается британским импе­риализмом. В результате все больше и больше усиливается аграрное перенаселение, обостряется земельный голод, ухудшается положение мелких и мельчайших земельных «собственников», всячески держащихся за клочки земли, чтобы не умереть голодной смертью, создаются огромные слои арендаторов, приарендаторов, закабаленных поме­щиками, ростовщиками, торговцами. С другой стороны, растут слои паразитарных ренто-процентополучателей: вложение капитала в землю является выгодным и относитель­но менее рискованным делом (особенно в годы кризиса); вложение капитала в ростовщичество под огромные про­центы в условиях огромной власти ростовщика – кредитора над всей собственностью крестьянина – должника: землей, скотом, инвентарем, будущим урожаем, его случайными заработками, в условиях огромной власти ростовщика над самой личностью землероба – должника и над членами его семьи, включая наследственную передачу задолженности, – все это делает ростовщичество выгодным, доходным заня­тием. Помещик – ростовщик – торговец – деревенский ад­министратор – все эти виды эксплуататоров очень часто переплетаются. Задолженность трудящегося крестьянства является одним из показателей закабаленности его. Так например в Пенджабе, называемом британскими аполо­гетами, в том числе и из лагеря национал – реформизма, провинцией «крестьянской земельной собственности», за­долженность трудящегося крестьянства за период 1921 – 1929 гг. возросла с 900 млн. рупий до 1 350 млн. рупий. В результате задолженность многих крестьянских слоев составляет от 40 до 60 – кратного размера ежегодного зе­мельного налога. Распределение земли в Пенджабе по собственности характеризуется на 1925 г. следующими дан­ными: 84,5% всех земельных собственников имеют всего лишь 38,6% всей обрабатываемой площади, а остающиеся 15,5% являются владельцами 61,4% всей обрабатываемой земли. В первой группе (84,5%) 17,9% относятся к катего­рии «собственников» до 1 акра, причем на их долю падает 1% обрабатываемой земельной площади. 40,4% хозяйств с земельной площадью в 11% относятся к категории собст­венников так называемой голодной нормы – от 1 до 5 акров. Во второй группе (15,5%) имеются 8%, владеющих 46% всей обрабатываемой площади. Итак, на одном полюсе имеется 58,3% мелких и мельчайших «собственников» с 12% обрабатываемой земли, а на другом полюсе – 8% собственников с 46% обрабатываемой земли. Приведенные выше данные о распределении земли и о задолженности трудящегося крестьянства со всей очевидностью показы­вают, что абсолютно преобладающая часть земли в про­винции «крестьянской земельной собственности», так же как и во всей Индии, не является крестьянской.